- Не хочу я больше жить с вами! И чтобы вам избавиться от меня, а мне избавиться от вас, соберите побольше колючек, разведите костер и сожгите меня на этом костре.
Ни одного колючего кустарника не осталось по всей нартской стране. Громадную гору его собрали нарты. Ацамаз взобрался на эту гору, на самый верх, и сел там, широко раздвинув ноги. Разожгли нарты костер, быстро побежало пламя по сухим колючим сучьям, и вот уже огонь охватил всю гору. Смотрят нарты на громадный костер и надеются, что сгорит наконец Ацамаз и избавятся они от него. Все жарче разгорается костер. После красного занялось уже синее пламя, и докрасна раскалился Ацамаз.
Тут спрыгнул он с костра прямо туда, откуда бил источник, который поил водой все нартское селение.
Сразу в пар превратился источник и высох. Изнемогают нарты от жажды, а негде взять им воды. Раскаленный Ацамаз сидит на их источнике и не дает нартам воды.
И тут весь род Ахсартагата, с Урызмагом и Сосланом во главе, пошел к Ацамазу и сказал ему:
- Мы не проливали крови отца твоего. Но мы виноваты перед тобой за то, что не сказали тебе правды. Ты ведь наш родич, так будь милостив к нам! Был ты мальчиком, стал доблестным юношей. Добывай себе невесту и живи среди нас, как нарт среди нартов.
И ответил им Ацамаз:
- Вы не пролили кровь отца моего, и я вашу не проливаю. Но обрек я вас на мучения за то, что вы, вольные нарты, позволили кичливой собаке Мысыр-алдару обнажить свой меч на священном нихасе и убить моего отца! И еще дивлюсь я, нарты, недогадливости вашей. Неужели сами не знаете вы, чем вам надлежит искупить вину передо мной?
И тут первым догадался Сослан:
- Верно сказал ты, маленький Ацамаз! Мы сидим по домам возле жен и совсем забыли о походах. Надлежит нам отправиться в страну Мысыр и отомстить собаке Мысыр-алдару за его злодеяния.