- Ну, если так, посиди-ка ты тут тихонько, а мы с твоим младшим как-нибудь сами поохотимся, - сказал он и ушел в глубь леса.
Не кричал маленький охотник теперь по-орлиному, не клекотал по-соколиному; молча выслеживал он зверей, молнией кидался на них и убивал с такой быстротой, что Сослан каждый раз не мог опомниться. Сто раз по сто и еще одну тысячу зверей убил маленький охотник за этот день. Притащил он добычу к тому месту, где сидел Хамыц, и стал проворно раскидывать на четыре кучи.
- Что же это такое? - тихо сказал Хамыц Сослану. - Нас здесь трое, почему же он делит добычу на четыре доли? Неужели он хочет взять себе половину? Сколько лет прожил я на свете, в скольких странах побывал, а никто не наносил мне подобной обиды.
Маленький охотник разделил всю добычу на четыре кучи и сказал Хамыцу:
- Подойди ближе, Хамыц, и выбери долю, которая, по обычаю, положена тебе как старшему.
Взял Хамыц долю старшего. Тогда сказал ему маленький охотник:
- А теперь возьми долю, которая положена тебе, по обычаю, как встречному, как товарищу по охоте.
Взял Хамыц и товарищескую долю. После этого маленький охотник указал и Сослану на его долю. А потом, вскинув на плечо всю огромную кучу доставшихся ему убитых зверей, точно это была вязанка сухого хмеля, попрощался он с Хамыцем, кивнул Сослану и пошел своим путем.
Обрадовался Хамыц богатой добыче и весело сказал Сослану:
- Беги скорей, Сослан, в селение нартов и крикни им: "Эй, нарты! У кого есть то, что на колесах катится, пусть сюда прикатит! У кого есть то, что оседлать можно, пусть седлает и сюда скачет! А те, у которых нет ни того, ни другого, пешком сюда торопитесь! Всем найдется, что унести отсюда".