— Нежности! У нас и в тумане работают слепым полетом, — похвастался Вадик.
«Значит, Степан не умеет в тумане работать? Плохая встреча вахте будет…» — подумал Паня.
С улицы Горняков мальчики свернули на улицу Мотористов и со взгорья не увидели знакомых огней второго строительного участка и рудника. Там, внизу, лежало белесое неподвижное море, скрывшее все на своем дне. Гудки, свистки, лязганье железа, пробившись сквозь туман, становились глухими, тусклыми, непривычными.
— Вот так туман! Мы его наберем в карманы, а потом кисель сварим, — пошутил Вадик.
— Плохо, что он пал перед вахтой, — в тумане выработка снижается, — сказал Гена и начал отдавать приказания: — Ты, Вадик, пойдешь с Федей через пустырь по тропинке, а мы с Паней — по борту карьера. По рельсам, ребята, не ходить! Кричите все время: «Женя!» Встретимся возле траншеи… Разошлись!
— За мной, Федя, я старший! — скомандовал Вадик.
Сделав несколько шагов, он скрылся в тумане. За ним последовал Федя.
— Ничего не видно! Мы уже совсем утонули… Пань, Гена, а вы еще нет? — донесся голос Вадика.
— Пошли, Пестов! — распорядился Гена.
Сразу же огни улицы Мотористов затуманились, расплылись, размохнатились. Еще несколько шагов, и огни исчезли.