Смахнув с лица солёные капли, Мугаров натянул капюшон и пошире расставил ноги.
Мысли о доме нарушил взобравшийся на мостик вестовой. Он передал донесение радиста. Радист сообщал, что где-то поблизости сыплет «морзянкой» старым японским шифром какое-то судно.
«Ого! Пожаловали!» Капитан-лейтенант скомандовал лечь на обратный курс, и через несколько минут «Кит» уже мчался по направлению к нарушителям. Судя по пеленгу, незваные «гости» находились где-то в районе восточного лежбища котиков.
Через полчаса хорошего хода среди волн вырисовалась двухмачтовая белая шхуна.
«Хризантема»! Мугаров узнал её по рангоуту. Старая знакомая! До войны она частенько шныряла между Командорами и Курильскими островами, вызывая подозрения у пограничников, но ни разу не попадалась с поличным в советских водах. Давненько её не было! Давненько! Но, видно, старого бандита только могила вылечит. Американские власти в Японии явно поддерживают самураев, и те нет-нет, да и приплывут с Хоккайдо. То, видите ли, у них поломалась машина, то их занесла непогода. Правда, это совсем уж не те самураи: впервые с них сбили спесь доблестные советские воины у Хасана, у Халхин-Гола самураев научили вороватой осторожности, а с сентября 1945 года они не только стали кланяться первыми, но и до тошноты заискивать.
«Интересно, что ты у нас забыла?» — подозрительно глядя на «Хризантему», подумал Мугаров.
С неменьшей подозрительностью смотрели на незваную «гостью» и матросы на баке.
— Самураи зарятся на наши Курильские острова. Только зря они надеются на американских империалистов: не поможет им ни атом, ни будда! — прокомментировал появление шхуны сигнальщик Яров.
— Бывало ведь, году в тридцать седьмом, до чего дело доходило, — сказал главстаршина Майков новичку Ванину: — как выйдешь в дозор, обязательно их встретишь. Эти ихние кавасаки в наши воды за иваси и горбушей, как мухи на мёд слетались. А схватишь за шиворот, бормочут: «Наса не знала, наса осиблася». А куда тут «осиблася!» Под самый берег, черти, подваливались. За крабами к Камчатке с целыми пловучими заводами приплывали...
Не разворачиваясь против ветра и не обращая внимания на свежую волну, Мугаров с ходу подошел к японской шхуне.