«Кит» вторично повернул к югу.
Вскоре в пределах видимости вновь показалась стройная шхуна. Словно играючи, она неслась по волнам, изумляя лёгкостью хода.
— Хорошо идёт, чертовка! — не удержался от восклицания Платонов.
— Моряки приличные! — подтвердил Мугаров и приказал повернуть корабль на тридцать градусов к востоку, а сам спустился в радиорубку и передал кодограмму на базу погрансудов.
Похоже было, что «Хризантема» намеренно дразнит пограничников: завидев советский сторожевик, она быстрым манёвром ушла на полмили в нейтральные воды, но через полчаса снова приблизилась к нашей зоне. Шхуна явно отвлекала «Кита», а Мугаров будто не замечал её и продолжал путь на восток.
Миновали траверз мыса Ю..., а «Хризантема» всё ещё шла с правого борта параллельным курсом и не собиралась отставать от «Кита».
В третий раз вестовой принёс несколько тревожных радиограмм. И тут «Хризантема» резко вильнула в советские воды. Теперь форштевень её был направлен прямо на советский корабль.
Повидимому, присутствие на шхуне иностранцев вернуло шкиперу прежнюю наглость, и он прибег к старому приёму японских пиратов — угрозе тараном.
Не трудно было представить себе, чем это могло окончиться для небольшого сторожевика: «Хризантема» попросту рассекла бы его, как острый топор щепку.
— Скажи, пожалуйста, какие вежливые: хотят поздороваться за ручку, — сказал Майков.