— Докладывайте! — повторил Потапов, продолжая растирать ноги.
— Товарищ сержант, нарушитель бросился на меня... Видно, падая, он не так сильно ударился, как я, и я выстрелил в него... Ой, больно!..
— Терпи! — сказал Потапов, глядя с сочувствием в наполненные слезами глаза Клима. — Товарищ Кузнецов, объявляю вам благодарность за смелые и решительные действия.
Клим ничего не мог ответить: такой невыносимой стала боль.
— Терпи, Клим, терпи, друже, — повторил Потапов. — Ну как? Всё теперь понимаешь?
— Понимаю, — сквозь зубы произнёс Клим.
Потапов сделал из кедровых ветвей волокушу, положил на неё товарища и потащил. Через трещины и камни он переносил его на руках.
— Терпи, терпи!..
Вытянув волокушу на тропу, Потапов сел рядом с Климом, тяжело дыша.
— Ну как? Поехали дальше? А то ведь «гости», поди, соскучились без нас, и лавина, вон эта, того гляди, сорвётся. — Сержант показал на огромную снежную шапку, нависшую над ущельем. — Они всегда в это время срываются.