— Огородами пойдем, — прошептал Павлов, — чтобы никто не видел.
Они свернули с дороги и, укрываясь за живой зеленой изгородью, стараясь не шуметь, пошли к противоположному краю поселка.
«А след? Как же след?» — хотел было спросить Пырков, но промолчал: старшему сержанту виднее.
Павлову и в самом деле было виднее: он знал всех жителей поселка и сразу сообразил, что если нарушитель намеревается переждать здесь до наступления темноты и если он бывал тут раньше, то скорее всего зайдет к вдове Синьковской, которая жила одиноко и замкнуто.
И действительно, когда они подошли со стороны огорода к небольшому дому с окнами, наглухо закрытыми ставнями, Джульбарс опять взял след и ткнулся носом в порог.
Павлов осторожно нажал на дверь: она была заперта изнутри. Прислушавшись у окна, старший сержант прошептал Пыркову: «Наблюдай за окнами и дверью», а сам твердо и решительно постучал.
Минуты две никто не отвечал. Потом в сенях послышались шаги босых ног, и спокойный женский голос спросил:
— Кого надо?
— Свои, гражданка Синьковская.
— Сейчас, — отозвалась женщина, — я оденусь.