Николай ухватился за эти «рога» и облегченно вздохнул: «Теперь Иван сможет передохнуть».
Луна медленно взбиралась все выше и выше, и в свете ее туманная пыль так же медленно двигалась к мерцающим звездам. Теперь Николай спускался более уверенно, отталкиваясь полусогнутыми ногами от замшелой скалы.
«Осторожнее, Коля, осторожнее», — шептал Иван, обратись в слух и напрягая всю силу, чтобы удержать скользкую веревку.
…Мутный рассвет застал их в долине. Тропа отлого сбегала вниз, и Юдин — он скакал первым — увидел небольшой, сжатый скалами аэродром и белеющий на старте самолет.
— Ждет!..
— Что это за драгоценность вы привезли? — спросил летчик, укладывая в фюзеляж длинный, тщательно упакованный сверток.
— А ты прочитай адрес, — гордо сказал Бочкарев.
И летчик прочитал: «Город Козлов. И. В. Мичурину».
— Мичурину? Что же это такое вы можете отсюда Мичурину послать? — удивился летчик, с любопытством оглядывая пограничников.
Они стояли рядом, в изодранной одежде. Лица обоих были в ссадинах и кровоподтеках, но они улыбались, словно только что подняли со дна морского «золотое руно»…