После окончания школы Стойбеду назначили на пограничную заставу № 3. Он никогда раньше не видел дуба в два с половиной обхвата, а здесь привелось увидеть. О виноградных лозах он знал лишь понаслышке, а тут длинные виноградные плети обвивались вокруг стволов кленов и лип.
Федор с детства привык к сосновым и березовым лесам, к ровным полям родной Горьковской области, а здесь кругом высоченные холмы — сопки, глубокие овраги — пади, бурные речки и ручьи, текущие по заболоченным, низинам.
Все поражало его в Уссурийском крае: и лес, такой густой, что ни пройти, ни проехать, и пятнистые олени, звонко трубящие во время любовной поры и насмерть бьющиеся между собой из-за самки.
Он с любопытством слушал рассказы о кабанах-секачах весом в двадцать пудов, вступающих в схватку с тигром, о хищных лесных котах, кусающихся китайских черепахах, о красавцах фазанах, медведях, грабящих ульи диких пчел, и о редкостном, чудодейственном корне — жень-шене, похожем на фигуру человека.
Во всех этих падях и дебрях по берегам бурных ручьев, в соседстве с кабанами, барсами и гималайскими медведями, ему предстояло отныне ходить по ночам с Джеком…
В первый же день службы Стойбеды на заставе начальник ее Усанов огласил перед строем список боевого расчета.
Называя очередную фамилию, он поднимал от бумаги серые глаза и, улыбаясь, оглядывал пограничника. Федор ощутил ободряющую силу его улыбки и порадовался тому, что попал именно на эту заставу.
Утром Усанов показывал новичкам — вместе с Федором приехали еще семь человек — участок заставы.
«Той тропой звери ходят на водопой». «С этого места лучше всего просматривается маньчжурская сторона». «Отсюда граница идет по реке, у воды берег подмыт, — посмотрите, как там удобно спрятаться». «Видите с обеих сторон кусты? Эти кусты на сопредельной стороне, значит в них всегда возможна засада». «Тут трудно преследовать нарушителя, но легко, забывшись, самому перескочить через линию границы».
Стойбеда со вниманием слушал объяснения и указания Усанова и старался удержать все в голове. Но к полудню подумалось, что и в год не запомнить всех троп и тропинок. А начальник ходил по участку, будто в своем саду: кажется, завяжи ему глаза — все равно найдет любое деревцо.