— Пришлось, — спокойно ответил Фёдор Иванович. — Я тогда из тайги в подпольный губком партии пошёл, а шпики меня на явочной квартире накрыли. Ну, в общем, короче-то говоря, когда я из тюрьмы убежал и добрался до тайги, меня Син Хо укрыл у себя и вылечил.
…В ночь начальник заставы и Кротенков направились к границе проверять посты.
Они долго ехали, не разговаривая. Дед первым нарушил молчание:
— Ты, товарищ Кузнецов, напиши в Никольск-Уссурийск насчёт меня: пусть зачислят в твои помощники.
— Напишу, — ответил Кузнецов. — А ты бороду сбрей, завтра чтобы её не было. Не к лицу пограничнику с такой страшенной бородой ходить. Чего ради раньше времени в старики определился?!
Они проехали молча с версту, и Кузнецов спросил, словно только сейчас подумал об этом:
— А как же с отдыхом твоим будет?
— Какой там отдых! — разгорячился Фёдор Иванович. — Разве положено солдатам в такое время отдыхать?!