Вышел, раскрыв чешуйчатых десять дверей,
Стал пробираться сквозь бесконечную рать...
Даже китайской иголке тонкой - и той
Некуда было воткнуться: с такой густотой
В Хонгрово тело впились наконечники пик!
Но богатырь к жестоким ранам привык,
Быстро он к сивому Лыске успел подойти,
Переломав наконечники на пути.
Приторочил он к седлу большую тулму,
Сел на коня, пустился в обратный путь.