Холодны руки мял,

Я крылья и с кудрями

Досуха выжимал.

Он чуть лишь ободрился,

«Каков—то, — молвил, — лук,

В дожже, чать, повредился».

И с словом стрёлил вдруг.

Тут грудь мою пронзила

Преострая стрела

И сильно уязвила,