Оба перевели взгляд на Белого Клыка. Весь ощетинившись и злобно рыча, он рвался с цепи, стараясь добраться до собак, выпряженных из нарт. Собаки же, получив изрядное количество наставлений от Мэтта – наставлений, подкреплённых палкой, понимали, что с Белым Клыком лучше не связываться.
Сейчас они лежали в сторонке и, казалось, совершенно забыли о его существовании.
– Да-а, он волк, а волка не приручишь, – сказал Уидон Скотт.
– Кто его знает? – возразил Мэтт. – Может, в нём от собаки больше, чем от волка. Но в чём я уверен, с того меня уж не собьёшь.
Погонщик замолчал и с таинственным видом кивнул в сторону Лосиной горы.
– Ну, не заставляйте себя просить, – резко проговорил Скотт, так и не дождавшись продолжения, – выкладывайте, в чём дело.
Погонщик ткнул большим пальцем через плечо, показывая на Белого Клыка.
– Волк он или собака – это не важно, а только его пробовали приручить.
– Быть того не может!
– Я вам говорю – пробовали. Он и в упряжке ходил. Вы посмотрите поближе. У него стёртые места на груди.