Сэндерсон невозмутимо барабанил по столу и напевал: «Тра-ла-ла, тра-ла-ла», пока кофе не закипел. Плеснув в него из чашки холодной воды, он снова уселся.
— А сколько вы предлагаете? — опросил он Кита.
— Пять тысяч.
Малыш вздохнул.
Сэндерсон все так же постукивал по столу и напевал.
— Вы не дурак, — наконец, сказал он Киту. — Вы сказали, что, если за них нельзя дать ста тысяч, то нельзя дать и десяти грошей Тем не менее, вы предлагаете пять тысяч. Значит, они стоят сто тысяч. Я поднимаю мою цену до двадцати.
— Вы ни гроша за них не получите, — рассерженно ответил Кит. — Даже, если вы будете сидеть здесь, пока не сгниете.
— Вы мне заплатите.
— Нет, не заплачу.
— Тогда я буду сидеть здесь, пока не сгнию, — ответил Сэндерсон, давая понять, что разговор окончен.