Ответа не последовало. Вероятно, рев порогов заглушил вопрос Малыша.
Малыш и Кит, по колено в снегу, спустились к Порогам и столкнули лодку. Кит оказался во власти двух чувств: пример товарища придавал ему мужества, но, с другой стороны, ему придавало мужества сознание, что старому Исааку Беллью и другим его предкам приходилось не легче в их победоносном шествии на запад. Что сделали они, то может сделать и он! Перед ним былой мясо, настоящее мясо, и он только теперь понял, что такое мясо доступно лишь настоящим людям.
Кит кивнул Малышу и, изо всей силы налегая на руль, новел лодку через порог.
Через несколько минут мокрый до нитки Малыш, причалив к берегу ниже Белой Лошади и выплевывая жвачку, пожимал своему товарищу руку:
— Мясо! мясо! — ликовал Малыш. — Мы едим его сырым! Мы живьем пожираем его!
На берегу они встретили Брэка. Его жена стояла поодаль. Кит пожал Брэку руку.
— Боюсь, ваша лодка здесь не пройдет, — сказал Кит. — Она меньше нашей и, кажется, очень валкая.
Брэк вытащил из кармана пачку кредиток.
— Каждому из вас дам по сотне, если вы переправите лодку.
Кит еще раз взглянул на пенистую Гриву Белой Лошади. Спускались долгие ясные сумерки, воздух холодел, и берега окутывала суровая мгла.