— Будет есть, пить, сражаться?
— И любить, — добавил я. — В обители блаженства с нами будут наши женщины, иначе зачем нам она?
— Ваша обитель блаженства мне не по душе, — сказала Мириам. — Это какое-то дикое место, где бури, морозы, безумие разгула.
— А какова же ваша обитель блаженства?
— В ней царит вечное лето, цветут цветы и зреют благоуханные плоды.
Но я проворчал, покачивая головой:
— А мне не по душе такое небо. Это унылое разнеживающее место, которое годится только для трусов, жирных бездельников и евнухов.
Мои слова, по-видимому, ей понравились, так как глаза ее засверкали еще ярче, и я был почти уверен, что она старается меня раззадорить еще больше.
— Моя блаженная обитель — для избранных, — сказала она.
— Блаженная обитель для избранных — это Валгалла, — возразил я. — Посуди сама, кому нужны цветы, которые цветут круглый год? А в моей стране, когда кончается студеная зима и долгие зимние ночи отступают перед солнцем, первые цветы, выглядывающие из-под талого снега, приносят людям истинную радость. И все любуются ими и не могут налюбоваться.