IV. Однако Филипп V не перестал покровительствовать святому трибуналу и остался верен правилу, вбитому ему в голову дедом Людовиком XIV. Этот государь (который в последние двадцать лет своей жизни был одним из самых фанатичных людей среди святош) советовал испанскому монарху защищать инквизицию как средство для поддержания спокойствия в государстве.
V. Эта система приобрела особую важность в глазах государя вследствие указа, обнародованного в 1707 году главным инквизитором Видалем Марине. Этот указ обязывал всех испанцев под страхом смертного греха и отлучения, разрешаемого только епископом, доносить на тех, кто утверждает, что позволительно нарушить присягу на верность, данную королю Филиппу V; он обязывал всех духовников удостоверяться у кающихся при таинстве исповеди, сообразуются ли они с тем, что им предписано на этот счет, и не разрешать их от грехов раньше, чем они послушаются или согласятся, чтобы их духовники сами донесли на преступников, которых узнают. Это предположение не заставило ожидать последствий. Я прочел в Сарагосе несколько процессов, возбужденных инквизицией по делу клятвопреступления. Ни один, однако, не сопровождался окончательным приговором, потому что общее мнение среди арагонцев было против этой меры и инквизиторы ввиду этого не осмелились дать дальнейший ход этим делам. Послание инквизиции Мурсии от 27 июля 1709 года гласит, что там только что привлекли к суду брата Урбана Мальте, францисканского монаха из монастыря Эль-ды, который наставлял своих исповедников, что присяга на верность, данная королю Филиппу V, не обязательна и что позволительно восстать против этого государя.
VI. В царствование Филиппа V почти совсем угас иудейский культ в Испании, где он весьма распространился (хотя тайно) вторично со времени присоединения Португалии к этой монархии. Однако вплоть до смерти государя все трибуналы ежегодно торжественно справляли публичные аутодафе; некоторые устраивали их дважды в год; в 1722 году в Севилье и в 1723 году в Гранаде было даже по три аутодафе в один год. Таким образом, не говоря о казнях, происшедших в Америке, Сицилии и Сардинии, в это царствование насчитывается 782 аутодафе в трибуналах Мадрида, Барселоны, Канарских островов, Кордовы, Куэнсы, Гранады, Хаэна, Льерены, Логроньо, Майорки, Мурсии, Сант-Яго, Севильи, Толедо, Валенсии, Вальядолида и Сарагосы.
VII. У меня находятся перед глазами записи о пятидесяти четырех церемониях, результаты коих таковы: семьдесят девять человек сожженных живьем, семьдесят три сожженных фигурально и восемьсот двадцать девять наказанных церковными епитимьями; в общем число жертв равно девятистам восьмидесяти одному. На этом основании можно установить для каждого года подсчет в три сожженных жертвы (из коих две живьем и одна фигурально) и в пятнадцать других, которые подверглись епитимьям в каждом трибунале испанской инквизиции в царствование Филиппа V.
VIII. Итог жертв для всех трибуналов ежегодно доходил до тридцати четырех сожженных живьем, семнадцати сожженных фигурально и двухсот пятидесяти пяти епитимийцев, так что число лиц, караемых инквизицией ежегодно, доходило до трехсот шести.
IX. Стало быть, в сорок шесть лет царствования Филиппа V было жертв инквизиции: тысяча пятьсот шестьдесят четыре первого разряда, семьсот восемьдесят две второго разряда, одиннадцать тысяч семьсот тридцать третьего разряда, а всего четырнадцать тысяч шестьдесят шесть.
X. Стало довольно обычным мнение, будто инквизиция начала с меньшей суровостью свирепствовать против еретиков, когда на трон Испании взошли принцы из дома Бурбо-нов. Я не разделяю этого взгляда, потому что мне кажется бесспорным, что другие причины содействовали в царствование этой династии уменьшению числа жертв, которое было, однако, значительно и в эпоху Филиппа V. Я буду говорить об этом в следующих главах.
XI. Почти все лица, сожженные живьем инквизицией, и девять десятых из епитимийцев были осуждены по делу об иудаизме; другие были богохульники, двоеженцы, суеверы и мнимые колдуны. Среди последних встречаем Хуана Переса де Эспехо, который был наказан в Мадриде в 1743 году как лицемер-богохульник и колдун. Этот испанец заслуживает упоминания, потому что, приняв имя Хуан де Сан-Эспириту (Иоанн Святодуховский), он стал основателем Конгрегации братьев милосердия имени божественного пастыря, которая существует доныне. Он был присужден к двумстам ударам кнута и к десятилетнему заключению в крепости.