Сквозь свист ветра мы услышали какой-то шум: нето шаги, нето голос. Наконец, до нас донеслось бормотанье: «Ай, какая хорошая жизнь… Солнце светит, и птички поют. А я себе хожу и собираю палки…» Это пел Карабек.
ШАПКА ИЗ КУНИЦЫ
Однако положение наше было отчаянным. Собранных нами жалких веток было недостаточно для костра, который мог бы устоять под ветром.
Я знал страшные свойства здешней метели. Стоять на месте мы не могли по двум причинам: за ночь наш несчастный караван покрыло бы снежной пеленой в несколько метров толщины; и второе: такой холод мог бы выдержать только як. Даже лошадь в подобных условиях неминуемо погибает.
Но двигаться мы не могли. Страшная усталость и сон одолевали весь наш караван.
Животные кое-как поплелись вперед. Я шатался та лошади, думая, что же будет дальше. Неожиданно я задремал, не знаю, надолго ли. Меня пробудил громкий лай Азама.
В первую минуту я успел заметить только, что ветер стал тише, снег больше не шел, высоко над нами в темноте сверкало несколько звезд. Собака бросалась в сторону, рычала и лаяла. Мы почувствовали внезапно близкое присутствие кого-то чужого, схватились за оружие и сейчас же услышали голос:
— Спокойнее, подержите свою собаку.
Из темноты появился высокий мужчина в ватном халате, с ружьем за плечами.
— Солом алейкум, здравствуйте, — сказал он, подойдя ближе, когда я успокоил Азама.