Карабек перевел мне:
— Он говорит: у тебя глаза есть, у него винтовки нет.
Барон стал кричать, что должен меня арестовать как член сельсовета за убийство и винтовку отобрать.
Карабек, склонив голову на бок, подошел к Джалилю Гошу и начал его пристально рассматривать.
— Странно, — сказал Карабек, — похоже, что совсем другой ружье стрелял: твой ружье пуля большая, а рана совсем маленькая…
Оторвав кусок рубашки, я склонился над Джалилем перевязать рану. С головы его «а снег капала кровь. Джалиль Гош был недвижим, очевидно, без сознания. Он лежал огромный, раскинув руки. Мне вспомнился разговор с ним, происходивший наверху всего лишь каких-нибудь несколько минут назад…
Японец стоял в стороне, глядя на все происходившее, насмешливо щурясь и качая головой.
— Очень голый, дикий место, — сказал он мне, — на охота бывают всякие неприятности…
СБОРЫ КАРАВАНА
Поздно ночью, измученные и обессиленные, мы приехали в кишлак. Первый человек, которого мы встретили у кибитки, была Сабира. В конюшне рычал Азам на цепи.