— А что у тебя есть? — спросила Конни.
— Вареный окорок, сыр, маринованные каштаны — что глянется.
— Ладно: поем немного, — согласилась Конни. — А ты, Хильда?
Хильда пристально поглядела на него.
— Почему вы говорите на этом солдатском жаргоне? — мягко спросила она.
— Это не солдатский, это здешний, сельский.
И он усмехнулся ей своей слабой, отрешенной усмешкой.
— Все равно, пусть сельский. Зачем это вам? Вы ведь сначала говорили на чистом литературном языке.
— А почему бы и нет, раз мне такая блажь пришла. А уж вы не препятствуйте. Охота пуще неволи.
— Звучит неестественно, — заметила Хильда.