— Мне так хочется, чтобы ты взял меня сейчас на руки и сказал, что ты хочешь маленького, — сказала она после небольшой паузы.
Конни была такая теплая, красивая, зовущая, и он опять потянулся к ней.
— Может, пойдем ко мне, — предложил он. — Хотя это очень рискованно.
Они шли в сторону Кобург-сквер, выбирая боковые улочки. Он снимал мансарду в одном из домов на этой площади. Это была маленькая комната с газовой плитой, на которой он себе готовил, но опрятная и чистая.
Конни все сняла с себя и велела и ему раздеться. Чуть обозначившаяся беременность делала ее особенно привлекательной.
— Я не должен трогать тебя сейчас, — сказал он.
— Должен. Ты должен меня любить. И должен сказать, что никуда меня не отпустишь. Что мы будем всегда вместе. Что ты никому меня не отдашь.
Она легла рядом и крепко прижалась к его голому, худому, сильному телу — единственному своему прибежищу.
— Никуда тебя не пущу, раз ты так хочешь, — сказал он и обнял ее сильно, в обхват.
— И скажи, что ты рад ребенку, — повторила она. — Поцелуй мой живот и скажи — ты рад, что там маленький.