Позже мы установили, что потопленный нами корабль был «Амальфи», итальянский броненосный крейсер, который возвращался в Венецию после обстрела австрийских фортов близ Триеста. Из 600 человек команды четыреста были спасены.
Другой нашей жертвой в том же году явился 11 000-тонный британский транспорт «Ройял Эдуард» с четырнадцатью тысячами британских солдат на борту. Это случилось в Эгейском море. Когда мы впервые заметили корабль, то можно было разобрать только две трубы над горизонтом. Затем по мере сближения с ним мы увидели длинные прогулочные палубы и высокие мачты и поняли, что он действительно являлся ценным объектом для атаки. Мы подошли к нему на дистанцию в 1600 метров. Я наблюдал в перископ путь торпеды и видел, как она попала в корму транспорта. Минутой позже солдаты забегали по палубе как муравьи.
Поскольку нигде поблизости не было истребителей, которые бы нам угрожали, я позволил всем своим людям бросить взгляд в перископ на это зрелище. Последним из всех подошел к нему торпедный унтер-офицер и сразу же дико закричал.
«Что такое?» — крикнул я.
Он молча повернул перископ ко мне. Действительно, зрелище было страшным. Гигантский транспорт поднял свой нос высоко в воздух. Секундой позже он скользнул под волны. Все, что осталось на воде, заключалось в восьми шлюпках, переполненных людьми, махавшими белыми рубашками, штанами и носовыми платками. Вскоре после этого к ним на помощь подошел корабль Красного Креста и два французских эсминца, но я впоследствии узнал, что было спасено менее шестисот человек. Таким образом с помощью одной единственной торпеды мы не только уничтожили корабль большой ценности, но также стерли с лица земли целый неприятельский полк».
Хеймбург играл видную роль в операциях германских лодок в южных водах, в частности в Эгейском море.
Однажды его лодка запуталась в громадной стальной сети, которая была протянута англичанами поперек входа в Дарданеллы. Он рвался в ней вперед и назад, разрывая стальные пряди сети, крепко державшие лодку. Последнюю то там, то тут сотрясали ужасные взрывы. Это взрывались бомбы, специально подвязанные к сети для уничтожения попавшейся в нее стальной рыбы. В конца концов, после многих часов диких усилий, лодка оказалась в состоянии всплыть на поверхность с окутавшей ее большой сетью. Унося с собой часть металлической сети, счастливый корабль умудрился все-таки благополучно прийти в свою базу — маленькую гавань на Галлиполийском полуострове.
«Немного времени спустя после этого события, — добавил Хеймбург, — мы снова вышли в Константинополь. На этот раз нам посчастливилось проскользнуть через Дарданеллы, и мы стали на якорь у местечка Чанак, где турки имели свою штаб-квартиру. Едва только мы отдали якорь, как удостоились визита принца Рейсс, который пришел к нам на борт сказать, что в турецкую сеть, поставленную поперек пролива, попалась рыба — без сомнения английская. Она находилась там с шести часов утра, а теперь был уже вечер.
Бомбы в нее не бросались просто потому, что погода была слишком бурная. Но на вахте была оставлена турецкая канонерская лодка.
Погода прояснилась, так что мы могли пойти к месту поимки неприятельской лодки. Там все было тихо. Дежурившая у сети канонерская лодка ничего не могла сказать — удалось англичанам удрать или нет. Мы измерили глубину. Я находился в небольшой шлюпке вместе с Херцигом. своим коком, который был очень способным парнем и прирожденным рыбаком для подобной ловли.