Объективные категории никогда не перестают объективно существовать и действовать. Однако на данном этапе они образуют чуждый или враждебный, постоянно движущийся фон, никогда не постигаемый "формами сознания". Они существуют и действуют сами в себе и, лишь в себе, а не для сознания непосредственных субъектов этой ступени развития духа. Дух еще не погнал себя в человеке как дух.
Этот дуализм, который для Гегеля, конечно, не означает дуалистического понимания мира в целом, является методологическим следствием той абстракции, из которой исходит "Феноменология". Дуализм существует лишь для "форм сознания", но не для философов, а потому не для читателя. Если Гегель в ранее цитированном месте говорит о том, что решающие связи между объективностью и субъективностью непрозрачны для "форм сознания", но они понятны для нас, то он имеет в виду философского читателя, который рассматривает путь развития человеческого рода с высшей точки зрения.
Вследствие этого изложение характеризуется непрерывным переходом от непосредственной субъективности "форм сознания" к существующей самой по себе объективности законов, не постигаемых "формами сознания", постоянным скольжением от одной стороны к другой. Трудность в понимании объясняется прежде всего самим методом "Феноменологии" и не является объективной историей развития самой действительности (об этом речь пойдет в "Энциклопедии" и в отдельных работах, например в "Философии истории"), а лишь развитием человеческого родового опыта, отраженного в зеркале индивидуального сознания. Таким образом, хотя объективные категории действуют согласно своим собственным закономерностям, однако их методологическая форма проявления определяется их соотнесенностью с этим сознанием.
За методологической абстракцией "Феноменологии" стоит важная и плодотворная, фундаментальная мысль Гегеля, охватывающая существенные определения жизни, мысль о том, что отношение между индивидом и родом - сложный диалектический процесс, что активная роль индивида в генезисе самого рода, в развитии родового опыта неизмерима и неуничтожима. Хотя ограничение индивидуальным сознанием является методологической абстракцией "Феноменологии", хотя реально существующее воображение индивидуального сознания, полагающего, что оно может построить собственную действительность в своей чистой деятельности, есть не что иное, как самообман, трагический крах которого Гегель описывает в первой части "Феноменологии", роль индивидуального сознания в целостном объективном родовом процессе не есть пустая видимость, несмотря на самообман индивидуального сознания, а действительный, существенный момент всего движения.
Благодаря тому что Гегель придерживается взгляда на объективность, постоянно действенную саму по себе, он преодолевает субъективный идеализм типа Канта и Фихте, а благодаря тому, что он фиксирует решающую роль индивида, индивидуального сознания, он преодолевает механистическое понимание рода, которое было характерно для прежнего материализма, в том числе и для Фейербаха. Напомним о той критике, которую дал Маркс в шестом тезисе о Фейербахе для того, чтобы понять значение этой гегелевской мысли. Критикуя Фейербаха, Маркс сказал: "У него человеческая сущность может рассматриваться только как 'род', как внутренняя, немая всеобщность, связующая множество индивидов только природными узами"[574]. Истинность гегелевского изложения состоит именно в том, что он понимает эту связь не просто как естественную, но как этап всеобщего процесса "отчуждения" (Entäußerung).
Рассмотренные нами трудности изложения в этой части "Феноменологии" можно резюмировать следующим образом: индивидуальное сознание движется в действительности, отчужденной самой человеческой деятельностью, однако оно еще не пришло к постижению того, что объективность этой действительности - продукт им самим созданного "отчуждения" (Entäußerung). Путь первой части состоит именно в том, чтобы довести индивидуальное сознание до этого постижения, до перехода к познанию.
Путь непрерывного восхождения индивидуального сознания (сознание - самосознание - разум) приводит ко все более тяжелым и трагическим конфликтам с "отчужденной" действительностью по мере развития индивидуального сознания, для того чтобы выйти из этих конфликтов и превратить дух, существующий до сих пор только в себе, в дух для себя - сущий и познающий себя как таковой (единство объективности и субъективности в практике и в опыте человеческого рода).
С этой точки зрения исторический путь, выражающийся в прогрессивном развитии ступеней сознания, необходим и в ином - новом отношении. Если Гегель видит в своей эпохе ту ступень в развитии духа, где дух может воспринять обратно в себя "отчуждение" (Entäußerung), здесь уже получившее свою завершенность, то за этой идеалистической конструкцией, критику которой мы дадим позднее, скрыта правильная в историческом отношении мысль о том, что современное капиталистическое общество - по сравнению со всеми предшествующими - объективно создало максимум "отчуждения" (Entäußerung). И трагическая форма, которую в конце этой части приобретает столкновение между индивидуальным сознанием и объективно существующим обществом, вновь выражает реально существующую тенденцию развития общества: человеческая индивидуальность в нашем современном смысле слова в действительности есть не продукт природы, а результат многотысячелетнего социально-исторического развития, вершину которого составляет буржуазное общество Нового времени.
Все гегелевские рассуждения о развитии индивидуального сознания на этой ступени должны быть поняты с точки зрения именно этой диалектики. Только так растворяется объективно необходимая видимость, которая в непосредственном индивидуальном сознании обретает самостоятельную форму и становится необходимой формой проявления всего развития родового опыта человечества. Гегель объясняет диалектику форм проявления индивидуального сознания следующим образом: "Понятие этой индивидуальности, поскольку она как таковая для себя самой есть вся реальность, есть прежде всего результат; она еще не проявила своего движения и реальности и выявлена здесь непосредственно, как простое в-себе-бытие... Это ограничение бытия не может, однако, ограничить действования сознания, ибо последнее ость здесь некоторое завершенное соотнесение себя с самим собою; соотношение с "иным" снято, а это соотношение было бы его ограничением... Эта определенная первоначальная натура свободно и целиком остающегося в ней сознания выступает как непосредственное и единственное настоящее содержание того, что составляет цель для индивида; хотя оно есть определенное содержание, но оно есть вообще содержание лишь постольку, поскольку мы рассматриваем в-себе-бытие изолированно; на самом же деле оно есть проникнутая индивидуальностью реальность - действительность в том виде, в каком она содержится в самом сознании как единичном сознании..."[575].
Подробное изложение отдельных этапов этого пути является задачей комментатора "Феноменологии духа". Эта задача не стоит перед данной работой. Мы ограничиваемся анализом отдельных существенных моментов, прежде всего тех, которые непосредственно связаны с исследуемой нами проблемой - отношением Гегеля к буржуазному обществу. Наиболее важный пункт первой части - роль труда в генезисе человеческого самосознания - был проанализирован нами там, где мы рассматривали главу "Господство и рабство".