Этим летом много стрекоз, бабочек, мух, кузнечиков. Листья словно пробиты дробью, кое-где висят только сеточки жилок. Светло-зеленые, как леденцы, гусеницы качаются под деревьями на невидимых паутинах. Когда их трогаешь, они свертываются пилюлей. Ветер почему-то сбивает много зеленых листьев. Они шуршат под ногами.
По реке от встречного ветра идут мелкие волны; на них подпрыгивают плывущие листья.
Высоко кружатся два ястреба. Один крикнул, словно рванули самую тонкую струну гитары. Ноющий звук медленно замирает в небе.
— Дядя Дима, вы не очень рассердитесь? — робко говорит Вася.
— А что такое?
Я достаю коробку с червями.
— Дедушка рассказывает… ну, вообще говорит людям, что вы… что вы взяли в плен… ну, как его… Павлюса, что ли…
— Как? Паулюса?
Я роняю жестянку; гремя и рассыпая червей, она катится в воду. Вася бросается собирать.
— К черту! — кричу я. — Ловить не будем. Вот я покажу ему Паулюса!