18 февраля я был вновь в действительно туманной на этот раз столице Англии.
Непроницаемый туман продержал нас на якоре в устье Темзы двое суток. Пассажиры бесились, приставали к капитану с глупыми вопросами. Капитан за обедом в салоне первого класса задал только один вопрос:
— Вы слышали свистки и колокола других судов вокруг нас? Как вы думаете, сколько приблизительно судов мы увидели бы, если б туман сразу рассеялся?
Кто сказал — двадцать, кто — тридцать, а одна дама ахнула — сто. Все засмеялись. Но капитан ответил:
— Не меньше четырехсот,— и углубился в тарелку с супом.
Действительно, когда на другой день туман исчез, мы увидели, в какой каше из больших и маленьких пароходов, барж, шаланд и рыбачьих траллеров стоял наш «Хайланд-Лок».
Дувр, Остенде, Брюссель, Берлин, Варшава промелькнули в двое суток…
Потом Москва, доклад, и вот я опять дома, в милом, родном Ленинграде, который оставил девять месяцев тому назад.
Когда-то вернется «Товарищ»?!
«Товарищ» вышел из Буэнос-Айреса с грузом в Ленинград 20 апреля.