Король (Слабым голосом). Оставьте, оставьте, Лоран. Ведь вы не представляете себе, какое несчастье произошло. Без него государство погибло. Он — дух низшего порядка, но совершенно необходимый в этой огромной кухне. Недаром он правит страною уже 16 лет… Да, да… Революция придет теперь. О, Лоран, какое неожиданное несчастье! Все погибло! Кого я позову? Его министры, более или менее опытные, не пойдут без него… Я знаю… Остальные — волки и обезьяны или, еще того хуже, завзятые радикалы, скрытые анархисты. Я не знаю, за что и как взяться (Опять горько плачет). Ах, Лоран, какая кара! За что? Поддержите меня: я боюсь, что один не дойду до аналоя… Между тем мне так хочется, мне так надо молиться, молиться… Скорее молиться.
(С помощью Лорана идет к аналою и становится на колени).
Король. Лоран, там, в левом ящике стола есть эфир, дайте его сюда.
(Лоран подает ему флакон, который он ставит рядом с собой, он берет в руки четки).
Король. Молиться, молиться…
(Быстро возвращается Ульм).
Граф Ульм. Ваше высочество, каменоломни в Стокгарде обрушились. Двадцать раз говорил я Лорану, что работа ведется там с риском для человеческой жизни. Более шестидесяти рабочих убито и искалечено (Лорану). Милостивый государь, собственно говоря, вас следовало бы арестовать.
Король (С трудом подымаясь с колен) Граф, мне не до того!.. Не до того мне, понимаете? Вы подняли со дна моего сердца всю таящуюся в нем безграничную тоску мою и моего рода, — тоску, которая затопляет звезды, которая грозит затопить своими черными волнами самого Бога! Вы толкнули меня к порогу ночи моего отчаяния! Быть может, святая католическая религия отцов моих спасет меня! Вы толкнули высокую, хрупкую, дивную башню моего духа, и она грозит рухнуть. Молчите же и благоговейте. Удалитесь к вашим крохотным делам, к обвалу какого-то подземелья.
Граф Ульм (Топая ногой). Нестерпимо!
Лоран (Крикливо). Но уходите же, граф; вы мучаете его высочество. Уйдите. Дайте его высочеству отдохнуть и поверьте, что мы сумеем обойтись без вас.