Порфирий (трясясь от гнева, поднимается со стула). Что? Ка… какую?
Фидус. Палочку! Вавилонскую палочку, которой ты мешаешь все твои варева и твою панацею!.. Ибо сила в палочке, истина, добро, здоровье, красота, счастье, — все в палочке, в вавилонской палочке!.. Покажи мне ее… ты ее показал Лумену, ты показал ее Меркурию… Я хочу видеть палочку!
Порфирий (садясь опять на стул а обращаясь к Меркурию). Ты слышишь?!
(Меркурий пожимает плечами).
Ты не увидишь палочки до конца дней твоих, как собственных длинных ушей, последняя из обезьян, ибо палочка — венец и награда и не дается дуракам.
Фидус. Да?
Порфирий. Довольно! Молчать!
Фидус. Она не дается дуракам? Хорошо… Что — ж? Хорошо… Я — дурак. Я молчу.
(Грызет ногти, дрожит).
(Из дверей дома выбегает Лаура, светлокосая девушка флорентийского типа, одетая в грациозное белое платье).