-- Никакого?
-- Никакого.
-- Алешка, есть бессмертие?
-- Есть.
-- И Бог и бессмертие?
-- И Бог и бессмертие.
-- Гм... Вероятнее, что прав Ива н...
Точка зрения Карамазова очень заманчива по богатству выводов и возможностей, хотя, нужно признаться, для человека, обращенного лицом к Небу и желающего созерцать Небо во что бы то ни стало, нет ничего опаснее этого унылого, скучного и, тем не менее, неуступчивого голоса:
Вероятнее, что прав Иван.
Чтобы заглушить его, можно призвать на помощь жалобы, рыдания и покаянные самообличения... Иное дело, ум "свободный", или, еще лучше, отравленный "ядами материализма". Для него вероятнее Федора Карамазова вовсе не нижняя, против Ивана, ступень. Иван обегает мыслью один круг -- отрицания. Алеша тоже только один -- веры. А Федор Карамазов принужден одновременно посылать токи высокого напряжения по двум несходным проволокам, жить двумя жизнями и бояться двух опасностей, ибо именно карамазовская, вспоенная большими страстями и похотями, серьезность умеет взвешивать опасности двойного пути.