Амбросио взял перо. Он поднес его к пергаменту. И вновь мужество изменило ему. Сердце его пронзил ужас, и он опять бросил перо на стол.
— Детские страхи и слабость! — злобно вскричал бес. — Довольно глупостей! Подпиши сей же миг, или станешь жертвой моего гнева!
В эту секунду послышался скрип отодвигаемого засова внешней двери. Узник услышал лязг упавшей цепи. Загремел большой засов. Вот-вот должны были войти стражники. Доведенный до исступления неотвратимой опасностью, трепеща от близости смерти, не видя иного спасения, злополучный монах подчинился. Он поставил свою подпись на роковом договоре и поспешно отдал его злому духу, чьи глаза, когда он получил эту купчую, загорелись злорадным торжеством.
— Возьми! — сказал богоотступник. — И спаси меня. Унеси отсюда.
— Погоди! Ты по доброй воле и навсегда отрекаешься от своего Создателя и Его Сына?
— Да! Да!
— Ты отдаешь мне свою душу навсегда?
— Навсегда!
— Без задних мыслей и уловок? Без будущих призывов к Божественному милосердию?
Последняя цепь упала с дверей темницы. В замке заскрипел ключ. Уже заскрежетали ржавые дверные петли.