― Разрешите мне броситься вам на шею! Я всю юность проплавал на парусных судах юнгой и матросом, я истый питомец парусного корабля. Стать теперь капитаном парусного судна, которое к тому же будет самостоятельным военным кораблем, это предел моих мечтаний!
― Что вы считаете самым главным?
― Самое главное ― это счастье.
― Ну, в таком случае вы назначены командиром «Пасс оф Балмаха».
«Пасс оф Балмаха» в свое время плавал под американским флагом и возил шерсть в Архангельск. В один из рейсов он был захвачен английским крейсером и послан с призовой командой в Кирквол для осмотра, но по дороге был захвачен немецкой подводной лодкой. Американец капитан, увидев подлодку, рассчитывал, что его судно, как шедшее под нейтральным флагом, будет отпущено. Поэтому он запер английскую призовую команду в трюм, а оружие выкинул в море. Подлодка послала осмотреть судно. «Куда вы идете?» «В Архангельск». «Но, ведь, это курс не на Архангельск. Из чего состоит ваш груз?» «Шерсть». «Она нам тоже пригодится!» Наши матросы были посажены на судно, и его направили в Германию.
Английская команда вынуждена была вместо Кирквола пропутешествовать инкогнито в Куксхафен.
Только после четырех дней голодовки они, бледные и изможденные, вылезли наверх к величайшему изумлению наших матросов, находившихся на судне. «Пасс оф Балмаха» стал отныне немецким судном.
Судно находилось в Геестемюнде, где перестраивалось под руководством лейтенанта Клинга. От него я узнал, как зародилась мысль использовать это судно для военных целей. Клинг несколько раз, в докладных записках адмиралтейству, доказывал преимущества парусных судов для крейсерской войны, так как они не зависят от угля. Адмиралтейство согласилось с этим доводом, после чего выбор был остановлен на трехмачтовой шхуне «Пасс оф Балмаха», которая, так сказать, уже привыкла иметь пленных англичан.
Прежде всего нужно было скрыть от портовых рабочих, что судно предназначается в качестве вспомогательного крейсера. Мы их уверили, что оно перестраивается в учебный корабль, и в то же время стали высказывать мысль, что было бы полезно поставить на судно мотор ― это дало бы возможность обучать и моторному делу. На помещениях в палубах, предназначенных для наших будущих пленников, были вывешены надписи жирным шрифтом: «Помещение для стольких-то юнг».
Мне самому нельзя было выступать в качестве офицера и поэтому в Геестемюнде я значился инженером фон Экманом из морского министерства. Я приезжал в порт только время от времени, чтобы наблюдать за ходом работ па учебном судне «Вальтер». Все трудности, связанные с установкой 1000-сильного мотора были блестяще преодолены. Для нефти был оборудован трюм вместимостью в 480 тонн, кроме того, были устроены цистерны на 360 тонн пресной воды. Судно было в 5000 тонн водоизмещения. Провианта предполагалось взять на два года. Вся средняя палуба предназначалась для пленных, ― их могло свободно поместиться до 400 человек. Для пленных капитанов и офицеров помещения были оборудованы с особым комфортом. Под кают-компанией были устроены каюты на двух или трех человек каждая, с умывальниками и всеми удобствами. Кроме того, для капитанов имелась отдельная буфетная и столовая. Для пленных были запасены английские и французские книги, граммофон и различные игры.