Капитан «Дуплекса» схватывает бокал с шампанским и с воодушевлением чокается с своими друзьями. Они горячо жмут друг другу руки и выражают свою радость по поводу встречи. Трудно сказать, что его более обрадовало, сама встреча или то, что обоих капитанов, совета которых он не послушался, постигла одинаковая судьба.
В одно воскресное утро показался большой английский четырехмачтовый барк. Вначале он пробовал состязаться с нами в скорости хода, но, когда мы стали помогать мотором, он, к удивлению своему, должен был заметить, что мы его настигаем. На наш запрос он сообщил свое название ― «Пинмор».
― «Пинмор»?
Судно, на котором я плавал молодым матросом? Это так глубоко отозвалось во мне, что в первую минуту я ничего не мог ответить офицеру, который ждал моих приказаний. Затем я подумал: «Ничего не поделаешь, судно должно быть потоплено. Топить парусник было для нас всегда, точно вонзить нож в сердце. На смену парусника, который гибнет, не будет построен новый!»
Юношеские воспоминание промелькнули в моем мозгу. Судно привело к ветру. К нему отправилась на шлюпке наша призовая команда, перевезла к нам весь экипаж судна и наиболее ценное имущество.
После этого «Пинмор» разделил участь многих других парусных судов и исчез в глубине моря.
Такова была моя благодарность этому судну, которое меня надёжно носило в бурю и непогоду!
Вскоре после этого впереди показался опять парусник. Мы быстро его нагнали и прошли вплотную рядом с ним. Все наши пленные высыпали па палубу и с любопытством рассматривали будущих своих соплавателей. Капитан парусника стоял рядом со своей женой и крикнул нам в рупор:
― Алло, есть ли у вас новости с войны?
― О, да!