У китайцев: хоймалэ (?).
И этого вида я не мог найти шкурок в усурийской стране; но тем не менее, считаю себя вправе признать одну из здешних кошек, которую мне описывали туземцы, за дикую кошку. Они говорили мне, что это животное несколько больше домашней кошки и что, именно, длина его без хвоста равняется, приблизительно, 9 дюймам, а длина хвоста 5 дюймам; что спина у него бурая, иногда светлее, иногда темнее, и, подобно хвосту, исчерчена многочисленными более темными полосами, идущими поперек. По словам туземцев, эта кошка водится в лесистых горах около верхнего и, реже, среднего течения Усури и, подобно предыдущему виду, относится к числу животных, встречающихся весьма не часто. Так, в горах Даубихи и Ситухи мне говорили о ней, как о звере, который хотя и встречается там, но одиночно. В речной области Имы туземцы могли припомнить только один случай, что у них была убита дикая кошка, а именно на горе Лаизха, около истоков Имы. В этой речной области, или немного севернее, должна проходить и полярная граница этого вида, потому что около Субки, как положительно уверяли меня тамошние жители, дикая кошка уже не встречается.
Она мечет, как я слышал, в конце апреля или в начале мая 1–2 котят. Если охотник попадет на след дикой кошки, то загоняет ее на дерево и там застреливает. Шкурки этих зверей охотно покупаются китайцами, которые платят по 2 янга за штуку.
20) Felis domestica Briss. Кошка домашняя.
У ходзенов: кыска́; кот: хус-кыска́; кошка: аси-кыска.
У манджуров: кэшкэ.
У китайцев: мау.
В усурийской долине я находил домашних кошек во всех китайских жилищах и в некоторых ходзенских селениях; ходзены и, особенно, китайцы очень их любят, но мало получают от них пользы, а держат в домах или, реже, в кладовых преимущественно как животных, доставляющих удовольствие.
Кошки и до сих пор доставляются в усурийскую страну китайскими купцами, и города, из которых они сюда привозятся, суть Гирин, Нингута и Сань-син. Все те, которых я видел в этой стране, были короткошерстые[63] и различных мастей, а именно: пятнистые, черные с белым; рыжие, цвета обыкновенной лисицы; наконец такие, окраска которых представляла смесь всех упомянутых цветов. От наших европейских кошек они отличались, может быть, тем, что имели несколько более удлиненные формы. Китайские купцы, торгующие в Усурийской долине, не кастрируют тех котов, которых продают или дарят туземцам; что, по словам г. Шренка[64], делают, из жадности, китайские же купцы, посещающие нижнее течение Амура. Русские привозят домашних кошек на Усури с 1858 года, но в незначительном числе.