Андрей Климович разгладил усы и серьезно приосанился.
Маруся смотрела на него недоверчиво:
— Вы такой были… аристократ?
— А как же! Моя мать, бывало, как развесит одежду сушить… после стирки, прямо картина: шелка тебе кругом разные — вишневые, яблочные, абрикосовые!
— А-а! — закричала Маруся. — Сушить! Разве шелковую материю стирают?
— А разве не стирают?
— Не стирают!
— Ну в таком случае беру свои слова назад.
Девушки пищали и смеялись, снова прикидывали материю на плечи Веры Игнатьевны, потом на свои плечи и даже на плечи Андрея Климовича. Он держал прежнюю линию:
— Мне что? Я привычный!