— Нет, ты мне объясни, молокосос, когда ты успел привыкнуть к международным?
Алеша оглядывается и находит мальчишеский увертливый ответ:
— Разве я говорил, что привык? Я просто интересуюсь. Каждому интересно, понимаешь…
— А жестким вагоном ты не интересуешься?
— Жестким тоже интересуюсь, но только… это потом… в следующий раз… И потом… какое, собственно говоря, твое дело?
— Мое, — говорит сестра серьезно, — мое дело. Во-первых, ты не имеешь права ехать на курорт. Никакого права! Ты здоровый мальчишка и ничем не заслужил, ничем, понимаешь, абсолютно! С какой стати разводить таких? С какой стати, говори?
Алеша начинает скептически:
— Вон куда поехала! По-твоему, так я и обедать не имею права% тоже не заслужил…
Но он понимает, что стратегическое отступление необходимо. Надька способна на всякую гадость, и перспектива курорта может отодвинуться в далекие эпохи, называемые «взрослыми». Чем кончится сегодняшняя кампания? Хорошо, если только местным пионерским лагерем! Через пятнадцать минут Алеша шутя подымает руки:
— Сдаюсь! Готов ехать в товарном вагоне! Пожалуйста!