Губенко был такого же роста, как и Минаев. Тимке пришлось следовать за ними бегом.
На «жительском» участке народу было заметно меньше, но Губенко, кажется, ошибся. Народ находился в большом движении. Здесь было много женщин. Они о чем-то тараторили, переругивались и все перебегали, устремляясь к одному месту.
— Чего вы все в куче? — спросил Губенко.
Молодая широкая фигура женщины выпрямилась:
— Мокреет.
Минаев широко шагнул вперед. На крутом склоне дамбы полоса около метра в длину сочилась тонкими струйками, сбегающими вниз. Тимка смотрел на струйки из-под руки отца и ничего не видел в них страшного. Но отец, видно, взволновался:
— Ай-ай-ай! Очень плохо. Да что ж вы мешками залепливаете! Ну, еще два мешка положите, а третий все равно сползет. На чем он будет держаться? Да где ваш народ?
Женщины молчали.
— Бычков где?
— Бычков и вчера не был, — ответил Губенко.