Стрелков крепко опоясал пленного ремнем пряжкою назад, подсадил его в седло и вскочил на своего Лютика, весь обвешенный оружием.
— Помни про летучую мышь, — предупредил он пленного, — либо ты мне попутчик до Коркина, либо — к бабке на небо!
Затем он закурил папироску, высоко поднял руку и смаху отпустил ее:
— Вперед, марш, ма-арш!
Навьюченные лошади вытянулись в вереницу и вскоре перешли на крупную рысь.