Все наши молодые доктора отлично знали свое дело и были славные ребята.
По дружбе с его братом, из всех их я ближе всего был с Георгиевским. К нему я и решился обратиться. Долго не мог поймать его одного, наконец, поймал и говорю:
— Послушай, врач, со мной что-то странное делается… Вторую ночь не могу спать…
— Что, неуютно? А ты долго в Петербурге проболтался?
— Да больше года, — говорю.
— Вот то-то и оно-то… Ну ничего, я тебе такого порошку дам, что заснешь… Дня три на ночь принимай, а потом и не нужно будет…
— Только ты, пожалуйста, никому не рассказывай!
— Будьте покойны… Профессиональная тайна… Впрочем, могу тебя утешить: с приезжающими из Петербурга это вещь обыкновенная.
И действительно, через несколько дней меня, в самом буквальном значении этого слова, нельзя было разбудить пушками.
В этот день вечером наш третий батальон пришел с позиции.