День выдался солнечный и совершенно безветренный.
Было 2 1/2 часа дня.
Ровно в 3 часа вся наша артиллерия замолчала, как отрезала. С нами был телефонист с аппаратом, который был связан с батальонным телефоном, а тот, в свою очередь, со штабом полка.
Через 5 минут слышим:
— Вашесбродие, из штабу передают — Преображенцы и Егеря пошли!
Мы все сняли фуражки и перекрестились:
— Господи, дай Бог!
Что «пошли», мы и сами почувствовали по бешеной стрельбе, которая началась по всей немецкой линии. Винтовочные пачки, затакали пулеметы, шрапнель над первой линией и несколько тяжелых батарей, которые сразу же стали бить по ближним и по дальним резервам, т. е. по нас.
Несколько двухсаженных фонтанов земли взлетели к небу совсем близко.
Но мы все были в таком состоянии, что далее не пошевелились, а стоя во весь рост, прильнув к биноклям, изо всех сил старались разглядеть и понять, что там впереди делается.