— Вы ранены?
— Ранен, — отвечаю.
— Как же вас выпустили из санитарного поезда? Может быть осложнение…
— Да у меня уже пятый день нормальная температура.
— Все-таки это неосторожно. Я потом вас посмотрю. Я врач, вы мое имя может быть слыхали… профессор Рейн, а теперь министр здравоохранения…
— Конечно, слышал, профессор, и очень вам благодарен за внимание.
А сам думаю, час от часу не легче… Этого еще не доставало! Министр здравоохранения… знает, как я из санитарного поезда удрал… видел, как меня в окошко впихивали… Хотя военно-санитарная часть ему не подчинена, она в ведении добрейшего, но грозного принца Ольденбургского, но стоит ему кому не нужно два слова сказать, большие неприятности могут выйти и вокзальному санитарному начальству, а косвенно и коменданту станции Киев…
Но что-то в симпатичном и ласковом лице министра говорило, что он никому гадостей делать не собирается.
— У вас перевязочный материал с собой есть?
— Как же — говорю, — все есть, и марля, и вата, и спирт, и бинты. Всего этого мне дали на вокзале в Киеве. Вот сейчас вернется я мой денщик и все достанет…