Заглянув в глаза сына, она, улыбаясь, спросила:
— Ты — не влюблен в нее? Немножко, а?
— Нет, — решительно ответил Клим. Поговорив еще немного о Лидии в тоне неодобрительном, мать спросила его, остановясь против зеркала:
— Тебе, наверное, не хватает карманных денег?
— Вполне достаточно…
— Милый мой, — сказала мать, обняв его, поцеловав лоб. — В твоем возрасте можно уже не стыдиться некоторых желаний.
Тут Клим понял смысл ее вопроса о деньгах, густо покраснел и не нашел, что сказать ей.
Пообедав, он пошел в мезонин к Дронову, там уже стоял, прислонясь к печке, Макаров, пуская в потолок струи дыма, разглаживая пальцем темные тени на верхней губе, а Дронов, поджав ноги под себя, уселся на койке в позе портного и визгливо угрожал кому-то:
— Врете! В университет я все-таки пролезу. Тотчас же вслед за Климом дверь снова отворилась, на пороге встала Лидия, прищурилась и спросила:
— Здесь коптят рыбу? Дронов грубо крикнул: