— Но — хочется молчать. Что тут скажешь? — спросила она, оглядываясь и вздрогнув. — Поэты говорили… но и они тоже ведь ничего не могли сказать.
— Именно, — согласился Клим. — У Лермонтова даже смешно:
Как-то раз перед толпою
Соплеменных гор…
— как Тарас, а?
Варвара, опустив голову, отодвинулась от него, а он продолжал, усмехаясь:
— Странно действует природа на тебя. Вероятно, вот так подчинялся ей первобытный человек. Что ты думаешь?
— Право — не знаю, — тихо и виновато ответила она. — Я — без слав.
— Без слов, без форм — нельзя думать.
— Я просто — дышу, — сказала Варвара. — Дышу. Кажется, что я никогда еще не дышала так глубоко. Ты очень… странно сказал: поднимаясь — мы опускаемся. Так… зло!