Бросив вилку на стол и обеими руками потерев серебристую щетину на черепе, Муромский вдруг спросил:
— Что вы думаете о войне?
— Безумие, — сказал Самгин, пожимая плечами.
— Да?
— Конечно.
Сунув руки в карманы, Муромский откинулся на спинку кресла и объявил:
— Я иду на войну добровольцем.
— А я — сестрой, — сказала Лидия, немножко задорно. — Мы решили это еще вчера, — прибавила она. Чувствуя себя очень неловко, Самгин спросил:
— Вы — кавалерист?
— Поручик гвардейской артиллерии, я — в отставке, — поспешно сказал Муромский, нестерпимо блестящими глазами окинув гостя. — Но, в конце концов, воюет народ, мужик. Надо идти с ним. В безумие? Да, и в безумие.