— С-сорок две тысячи, их ты! Среди белого дня! На людной улице-е!
Уже собралось десятка полтора зрителей — мужчин и женщин; из ворот и дверей домов выскакивали и осторожно подходили любопытные обыватели. На подножке пролетки сидел молодой, белобрысый извозчик и жалобно, высоким голосом, говорил, запинаясь:
— Он, значит, схватил лошадь под уздцы и заворачивает в проулок…
— Ну, и врешь! — крикнул из толпы человек с креслом на голове.
— Ей-богу — не вру! Я его кнутом хотел, а он револьвер показывает…
Кто-то одобрительно заметил:
— Ловко время выбрали, обеденный час! Публика шумно спрашивала:
— Сколько их было? Куда побежали?
А рядом с Климом кто-то вполголоса догадывался:
— Похоже, что извозчик притворяется.