— А тебе в меня — можно? — глухо спросил угрюмый водопроводчик.
Яков сидел рядом с крыльцом на поленьях дров и, глядя в сторону, к воротам, молча курил.
— Мне тебя — можно, я солдат, присягу принял против внутренних врагов…
Водопроводчик перекинул винтовку в левую руку, ладонью правой толкнул пленника в лоб:
— А если я тоже — солдат?
— Ну — это врешь.
— Вру?
— Оставь, Тимофеев, не тронь, — сказал Калитин, рассматривая пленника.
Но Тимофеев отскочил и начал делать ружейные приемы, свирепо спрашивая после каждого:
— Видал? Видал, сволочь? Видал? И, сделав выпад штыком против солдата, закричал в лицо ему: