— Чаю хотите?
Заговорили все сразу, не слушая друг друга, но как бы стремясь ворваться в прорыв скучной речи, дружно желая засыпать ее и память о ней своими словами. Рыженькая заявила:
— Я сомневаюсь, что речь Гермогена записана правильно…
— Верный источник, верный, — кричала Орехова, притопывая ногой.
Плотникова, стоя с чашкой чаю в руке, говорила Краснову:
— Анархист-коммунист — вы забыли напомнить! А это самое лучшее, что сказано о нем.
Ногайцев ласково уговаривал Юрина:
— Не-ет, вы чрезвычайно резко! Ведь надо понять, определить, с нами он или против?
— С кем — с нами? — спрашивал Юрин. А Дронов, вытаскивая из буфета бутылки и тарелки с закусками, ставил их на стол, гремел посудой.
— Вот так всегда и спорят, — сказала Тося, улыбаясь Самгину. — Вы — не любите спорить?