— Бунты и до пятого года в ходу были. Богатые мужики очень злобились на господ.
— Сами в господа лезли.
— Это вам Миша назудил про богатых…
— А — что, неверно?
— Нет, Миша достоверно говорил, — вмешался Осип, вытирая полотенцем синюю эмалированную кружку.
— Парень — тихий, а ум смелый…
— Н-да. Я, как слушал его, думал: «Тебе, шельме, два десятка лет и то — много, а мне сорок пять!»
— Грамота!
— То-то и есть. Он — понимает, а мы с тобой не удосужились о своей судьбе подумать…
— Опаздываем…