Но когда Красавин сумрачно спросил его: «Что же надо делать?» — он замахал руками, странно разинув глубокий чёрный рот, долго не мог ничего сказать, а потом крикнул:
— Ловите их!
Евсей слышал, как изящный Леонтьев, сухо покашливая, говорил Саше:
— Очевидно, наши приёмы борьбы с крамолой не годятся в эти дни общего безумия…
— Да-с, плевком пожара не погасишь! — ответил Саша шипящими звуками, а лицо его искажённо улыбалось.
Все жаловались, сердились, кричали; Саша таскал свои длинные ноги и насмешливо восклицал, издеваясь:
— Что-о? Одолевают вас революционеры?
Шпионы метались день и ночь, каждый вечер приносили в охрану длинные рапорты о своих наблюдениях и сумрачно говорили друг другу:
— Разве теперь так нужно?
— Расчешут нам кудри! — сказал Пётр, ломая пальцы так, что они хрустели.