Карие глаза расширились, в них замерцали странные огоньки…
Беркут медленно встал, наклонился над ней… Затем ровным голосом, обыденными интонациями:
- Любовник?..
Вдова Брагина вскочила, задев при этом Беркута:
- Вон!.. Если выявились меня оскорблять… Я…
Она заплакала в кружевной платок, прислонившись к дивану.
- Не плачьте, - сказал снова Беркут. Ни брезгливости, ни сожаления не было в его спокойном голосе…
- Не плачьте, - повторил он, - это мешает допросу, мне некогда утешать вас…
- Вы еще осмеливаетесь…
Что-то мелькнуло в глазах Беркута, его голос стал жестче.