На вопрос, каким образом он остался жив, находясь дома, который расположен примерно на расстоянии 1-1,5 км, от места падения бомбы, старик ответил, что как-то случилось, что он не был задет лучами, но дом его сгорел, ибо повсюду свирепствовал пожар.
В настоящее время, сказал он, жить здесь безопасно. На окраине, города в землянках ютятся несколько десятков тысяч человек. Было опасно первые 5-10 дней. В первые дни, заметил он, люди, пришедшие оказывать помощь пострадавшим, погибли. Погибла даже рыба в воде на небольшой глубине. Растения начинают оживать. Я, сказал японец, возделал огород и ожидаю, что скоро начнутся всходы.
И действительно, наперекор всем утверждениям, мы видели, как в различных местах начинает зеленеть трава и даже на некоторых обгоревших деревьях появляются новые листья.
После этого мы осмотрели здание полицейского управления. Оно, как и все железобетонные здания с железобетонными потолками и полами, уцелело, характерно, что стекла вместе с выбитыми рамами со всех четырех сторон летели вовнутрь здания. Потолок выпучило вверх.
Находившийся в этом здании полицейский сказал нам, что внутри помещения сгорели изделия из эбонита, но большого пожара в здании не было. По его словам, бомба упала в районе армейского плаца на расстоянии полутора километров от вокзала.
Район действия атомной бомбы имеет в радиусе 5-8 км. На расстоянии 6-7 км. от ст. Хиросима до ст. Кои мы не видели ни одного не пострадавшего в той или иной степени здания. Как правило, это небольшие японского типа деревянные домики с черепичной крышей. В непосредственной близости от ст. Хиросима они полностью разрушены и сгорели. Дальше идут частичные разрушения, а на расстоянии 5-6 км разрушены крыши или же приведена в беспорядок черепица. На всем расстоянии сосны, бамбук и другая растительность опалена и приобрела коричнево-бурую окраску. В некоторых местах она опалена сильнее, в других – слабее, и есть участки, совершенно не затронутые лучами. Это дает основание предположить, что энергия бомбы излучалась не сплошной массой, а пучками, в результате чего остались не пораженные участки. Этим, по-видимому, объясняется и тот факт, что одни люди получали ожоги, а другие их не получали, хотя они находились в непосредственной близости от пострадавших. Это относится только к участкам, значительно удаленным от места разрыва бомбы. На участке же непосредственного воздействия бомбы в радиусе до одного км уничтожено все живое. Опрошенные нами японцы говорили, что звук разорвавшейся бомбы был слышен на большом расстоянии. По пути в Хиросиму ехавший с нами лейтенант сказал, что он слышал звук разрыва и блеск молнии с расстояния 50 км, находясь в Ивакуни. Начальник станции Миядаимагути в 30 км от Хиросимы заявил, что, когда он шел на пароход к пристани Миядзимы, то увидел молнию и почувствовал прикосновение теплой струи к щеке и укол.
Одному из членов нашей группы удалось посетить больницу Красного Креста в Хиросиме. Она помещается в полуразрушенном здании и в нем содержатся пострадавшие от атомной бомбы. Там лежат обожженные и получившие другие ранения и среди них больные, доставленные через 15-20 дней после ранения. В этом двухэтажном здании находятся до 80[2] больных. Они находятся в антисанитарном состоянии. У них, главным образом, ожоги открытых частей тела. Иногда получили только сильные ранения стеклом. У обожженных преимущественно ожоги лица, рук и ног. Некоторые работали только в трусах и майках, поэтому у них обожжена бОльшая часть тела. Тело обожженных темно-коричневого цвета с открытыми ранами. Все они обинтованы бинтами и намазаны белой мазью, напоминающей цинковую. Глаза не повреждены. Сильно пострадавшие с обожженными конечностями не потеряли способности двигать пальцами ног и рук. Многие ранены стеклами, у них глубокие порезы до костей. У лиц, подвергшимся воздействию с непокрытой головой, выпали волосы. По выздоровлении на лысых черепах начинают вырастать волосы отдельными пучками. Больные имеют бледно восковой цвет лица. Один пострадавший мужчина лет 40-45 находился на расстоянии 500 м от места падения бомбы, он работал на каком-то предприятии электрокомпании. У него осталось до 2700 белых кровяных шариков в одном кубическом см крови. В больницу он пришел сам и сейчас выздоравливает. Нам не удалось установить причину, что его могло спасти на таком близком расстоянии от места разрыва бомбы. Удалось только установить, что он работал с электрооборудованием. У него ожогов нет, но вылезли волосы. Ему дают витамины В и С и овощи. Отмечается увеличение белых кровяных шариков.
На железнодорожной станции наше внимание привлек человек с повязкой на руке, на которой было написано: поиск пострадавших. Мы обратились к нему с вопросом и он сказал, что он врач по специальности уха, горла и носа и приехал в Хиросиму оказывать помощь пострадавшим от атомной бомбы. Этот японский врач по фамилии Фукухара сказал нам, что на Хиросиму было сброшено три атомных бомбы с парашютами. По его словам, он лично видел три парашюта с расстояния в 1 км. Две неразорвавшихся бомбы, как утверждал врач, были подобраны военными и в настоящее время изучаются.
На место спасательных работ Фукухара прибыл на второй день. После того, как он выпил воды, у него начался понос. Другие заболели через полутора суток. Он сказал, что лучи атомной бомбы прежде всего вызывают изменение состава крови. В одном кубическом см крови здорового человека, сказал врач, имеет 8000 белых кровяных шариков. В результате воздействия лучей атомной бомбы количество белых кровяных шариков уменьшается до 3000, 2000, 1000 и даже до 300 и 200. В результате сильное кровотечение из носа, горла, глаз и у женщин – маточное кровотечение. У пострадавших температура поднимается до 39, 40 и 41 градусов. После 3-4 дней больные, как правило, умирают. Для понижения температуры применяют сульфазол. При лечении пострадавших прибегают к переливанию крови, вводится также глюкоза и физиологический раствор. При переливании крови вводится до 100 гр. крови.
Раненые, эвакуированные с мест ранения, выздоравливают быстрей. Около Хиросимы имеется две больницы для пострадавших: в Кусацу, где имеется 80 человек, и в Даигодзен – 100 человек.