Время от времени мы оборачиваемся, смотрим на них и хихикаем, поскольку подвешенные раскачиваются на ветерке и корчат уморительные рожи.
Дедушка Пузан заканчивает перекличку: сразу видно, какой он сердитый.
– Плохое начало! – гремит он. – Школа – дело серьезное. А лучше моей школы вы нигде не найдете.
– Еще бы, – срывается у меня с языка, – других-то нет.
Толстяк звереет: мечется туда-сюда, рычит что-то невнятное, оглядывает детишек, которые сидят на шкурах в первом ряду.
– Запомните раз и навсегда, я – учитель, и вы должны меня уважать! – вопит он. – Кто, как не я, раздаст вам в конце последней четверти Годовые Копья?
По пещере тут же проносится шепоток, ибо если мы что-то и принимаем близко к сердцу, так это пресловутые Копья. Дело в том, что их длина определяет не только успехи в школе, но и нашу будущую роль в стойбище. Получив длинное Годовое Копье, мальчики станут великими охотниками, девочки – собирательницами, важными и полезными для общины. И наоборот, короткое Годовое Копье показывает, что из тебя ничего путного не выйдет.
Теперь в пещере установилась мертвая тишина, и дедушка Пузан спокойно продолжает читать нотацию.
И не забывайте об этой штуке, – торжественно возглашает он, указывая на дубинку для записей. – Здесь я буду ставить вам отметки. Учитесь прилежно, иначе я попробую ее на ваших затылках. Этот классный журнал в случае чего может послужить и палкой!
– Дедушка, – спрашивает Березка, – а чем мы будем заниматься в этом году?